Бежит дорога все вперед.
Куда она зовет?
Какой готовит поворот?
Какой узор совьет?
Сольются тысячи дорог
В один великий путь.
Начало знаю; а итог -
Узнаю как-нибудь.
– Похоже на раннего Бильбо, - тоном знатока определил Пиппин. - Или это - твое подражание? Не очень-то обнадеживает, верно?
– Как будто это я придумал, - неуверенно сказал Фродо, - а может, слышал когда-нибудь. Действительно, похоже на Бильбо перед уходом. Он часто повторял, что Дорога всего одна. Она как большая река, ее истоки - у каждого порога, и любая тропинка для нее - приток. «Опасное это дело, Фродо, перешагнуть порог, - говаривал он. - Только ступи на Дорогу, она подхватит и поведет тебя - куда? как знать… Допустим, перед тобой вполне безобидная на вид тропинка, глядь, она уже завела тебя через Сумеречье к Одинокой Горе, а то и куда-нибудь похуже». Так он говорил и поглядывал на дорожку от дверей усадьбы.
Куда она зовет?
Какой готовит поворот?
Какой узор совьет?
Сольются тысячи дорог
В один великий путь.
Начало знаю; а итог -
Узнаю как-нибудь.
– Похоже на раннего Бильбо, - тоном знатока определил Пиппин. - Или это - твое подражание? Не очень-то обнадеживает, верно?
– Как будто это я придумал, - неуверенно сказал Фродо, - а может, слышал когда-нибудь. Действительно, похоже на Бильбо перед уходом. Он часто повторял, что Дорога всего одна. Она как большая река, ее истоки - у каждого порога, и любая тропинка для нее - приток. «Опасное это дело, Фродо, перешагнуть порог, - говаривал он. - Только ступи на Дорогу, она подхватит и поведет тебя - куда? как знать… Допустим, перед тобой вполне безобидная на вид тропинка, глядь, она уже завела тебя через Сумеречье к Одинокой Горе, а то и куда-нибудь похуже». Так он говорил и поглядывал на дорожку от дверей усадьбы.